Уход крупнейшего производителя соды несет угрозу стекольной промышленности


Уход крупнейшего производителя соды несет угрозу стекольной промышленности

Самой обсуждаемой темой в СМИ и соц­сетях остается проблема сырья для «Башкирской содовой компании». Напомним, недавно стало известно о планах по сокращению части производства и персонала. Это может произойти потому, что единственный, по заключению экспертов Роснедр, источник сырья, шихан Торатау, имеет природоохранный статус. Необходимо сохранить шихан, а для содового производства найти другие источники сырья. Мнения о том, нужно ли проводить разработку шихана, разделились.

Несомненно одно: если «БСК» остановит производство, то ее место на российском рынке и в постсоветском пространстве тут же займет Турция, входящая в Североатлантический альянс. В этой стране открыты месторождения природной соды, себестоимость которой гораздо привлекательнее башкирской, полученной методом химической переработки.

«Башкирская содовая компания» занимает внушительную долю отечественного рынка как по пищевой (72 процента), так и по кальцинированной (62 процента) соде. Два ее завода – в Стерлитамаке и Березниках суммарно производят более 2,2 миллиона тонн соды в год. Для сравнения: у ближайшего конкурента – «Крымского содового завода» – лишь 608 тысяч тонн по итогам 2017 года, то есть почти в четыре раза меньше.

Сегодня Россия производит более 3,4 миллиона тонн соды в год, обеспечивая 95 процентов собственного рынка и экспортируя еще примерно 0,8 миллиона тонн за рубеж. Ее покупают в странах СНГ, где в постсоветское время активно закрывались содовые производства, а также в Индии и Латинской Америке.

В Российском Союзе химиков говорят, что перспектива закрытия крупнейшего производителя соды грозит колоссальным ущербом целому ряду отраслей экономики. Еще одно негативное последствие эксперты видят в том, что на российский рынок хлынет иностранная продукция, за качество которой никто не сможет поручиться.

– Отсутствие сырья необходимого качества несет угрозу стекольной промышленности. Пострадает и целый ряд других отраслей. В том числе оборонная. Всегда надо помнить, если мы потеряем завод «БСК», мы получим угрозу национальной безопасности, поскольку будем зависеть от поставок из-за рубежа, – отметила заместитель исполнительного директора организации Мария Иванова.

О том же говорят и в самих компаниях, работающих в оборонной сфере. Александр Талдыкин, директор по науке, технологии и спецпроизводству «Тульского завода резиновых технических изделий», полагает, что предприятию придется свернуть выпуск некоторых виды товаров в случае прекращения поставок с «БСК».

– Мы неоднократно встречались с коллегами по отрасли и обсуждали сложившуюся на заводе «БСК» ситуацию. Все едины во мнении, что производство должно сохраниться. В 90-е годы в России много предприятий было разрушено. Только теперь, когда стали пускать на рынок низкокачественную импортную продукцию, поняли, что лучше сохранить свое, чем покупать иностранное. Тем более это касается военной сферы, – подчеркнул Александр Талдыкин.

С оборонщиками согласны и стекольщики. Директор департамента стеклянной тары «СтеклоСоюза России» Павел Горшков говорит, что на сегодняшний день российские производители стеклотары полностью обеспечивают рынок своей продукцией. Но если «БСК» прекратит поставки соды, то все изменится.

– Стекольная отрасль сегодня полностью импортозамещенная. Вся продукция стекольщиков – тара для пивной, алкогольной и пищевой промышленности и листовое стекло – выпускается на территории России. Думаю, что если завод «БСК» закроется, это вызовет рост цен на стеклянную тару и листовое стекло примерно на 30 процентов. Видимо, части стекольных заводов в России тоже придется закрыться, и тогда на рынок хлынет импорт, – считает Павел Горшков.

Уход крупнейшего европейского производителя с рынка – невосполнимый ущерб для российской экономики и ошибка, которой не преминут воспользоваться наши конкуренты, резюмирует председатель комитета Совета Федерации по федеративному устройству, региональной политике, местному самоуправлению и делам Севера Олег Мельниченко.

– Мне трудно оценить ущерб в числовом выражении. Могу только сказать, что он будет нарастать с течением времени и складываться из разных факторов. Первый – экономический, поскольку для России это означает потерю доли перспективного рынка, которую займут американцы и турки. Бюджет Республики Башкортостан также потеряет одного из главных налогоплательщиков. Второй – социальный. Каждый житель Стерлитамака, в котором находится завод, почувствует на себе негативный эффект от его закрытия, –заключил Олег Мельниченко.

По данным БСК, с 2013 по 2017 годы компания перечислила 24,2 миллиарда рублей налогов и дивидендов в бюджет Башкортостана, который выступает одним из главных акционеров компании. В 2018 году размер дивидендов в казну республики может составить около двух миллиардов рублей.

Эксперты называют соду стратегическим сырьем, поскольку с течением времени ее роль в химической, пищевой, фармацевтической, оборонной и других отраслях только возрастает. По данным международной аналитической компании IHS Markit, 77 процентов соды на мировом рынке потребляют производители стекла, мыла, стиральных порошков, пищевых стабилизаторов и моющих средств. Но важна она и для текстильной, целлюлозно-бумажной, металлургической промышленности и сельского хозяйства.

Если в 2018 году, по прогнозам IHS Markit, в мире выпустят примерно 60 миллионов тонн соды, то к 2026 году будет производиться уже около 70 миллионов тонн. Пока что лидером является Китай, занимающий около половины рынка. Затем идут США, Европа, Россия и Турция. Но у последней на мировой содовый рынок большие планы. И они могут осуществиться всего за два года по одной простой причине – объемы экспорта соды из этой страны с 2008 по 2010-й, выросли в восемь (!) раз. За последние несколько лет турецкий индустриальный гигант Ciner Group нарастил производство кальцинированной соды на месторождении Beypazari с одного миллиона тонн в год до полутора миллионов. Он также завершает строительство новой производственной линии на месторождении Kazan суммарной мощностью 2,5 миллиона тонн в год.

– На территории СНГ не осталось ни одного содового производства. Последние подобные предприятия закрылись на Украине. Получается, что значительную часть российского рынка займут страны НАТО, – сделал прогноз директор по научно-исследовательской работе Научно-исследовательского института технико-экономических исследований в химическом комплексе (НИИТЭХИМ) Дмитрий Клепиков.

По мнению политолога Дмитрия Михайличенко, проблема с закрытием «БСК» надумана. Он считает, что компания вполне может начать разработку альтернативных месторождений.

– Никакого закрытия не будет. Сокращение производства какое-то может быть, но суть в том, что есть альтернативные источники сырья. Их разработка понизит нормы сверхприбыли, подчеркну, именно сверхприбыли, но не приведет к закрытию предприятия, – отметил он. – Несколько недель назад «БСК» подтвердил кредитный рейтинг и возобновил кредитную линию на шесть миллиардов рублей. Это не вяжется с планами на сокращение, которые обсуждаются в ряде СМИ.

Тем не менее, факт остается фактом: известняк в единственном источнике сырья – шихане Шахтау, разрабатываемом полвека, закончится через 4,5 года. Альтернативный источник до сих пор не определен.

В «БСК» настаивают, что разработка иного месторождения, кроме Торатау, невозможна по техническим причинам.

– Специалисты Роснедр и Санкт-Петербургского горного университета провели испытания и сделали однозначный вывод: техническим условиям для производства соды соответствует только Торатау. Как уже неоднократно говорилось ранее, известняк с иных месторождений содержит в несколько раз завышенную долю примесей, которые выводят из строя оборудование. И ничего с этим поделать нельзя, сода на заводе производится по самой современной и экологичной технологии, которая на сегодняшний день существует в мире, – пояснили в компании.

Уход крупнейшего производителя соды несет угрозу стекольной промышленности


rg.ru


Комментировать новости могут только авторизованные пользователи.
» Регистрация   » Авторизация